Интервью, беседы

English English

Яндекс цитирования
Интервью Беккину
Р. Беккин, В. Бобровников. Северный Кавказ - не царство благородных разбойников// Татарский мир. - 2003. - № 19 (29). - декабрь. - С. 8.

"Северный Кавказ", "ваххабиты", "шариат" - в массовом общественном сознании эти понятия ассоцируются с угрозой, дикостью, жестокостью. В России такие стереотипы родились еще в первой половине XIX века. Почему и как это произошло? Кто такие ваххабиты? Надо ли "бороться" с шариатом?

Читать текст беседы на сайте газеты "Татарский мир"

- Владимир Олегович, Ваша последняя книга называется "Мусульмане Северного Кавказа: обычай, право, насилие". Какое соотношение, по-Вашему, существует между обычаем, правом и насилием применительно к Северному Кавказу? И что Вы понимали в данном случае под насилием?

- Я занимаюсь в основном этнографией и историей Северо-Восточного Кавказа. Поэтому меня интересовали прежде всего этнографические, а также архивные материалы на арабском и аварских языках, посвященные данному региону. Книгу "Мусульмане Северного Кавказа" я писал около 10 лет. Я умышленно дал такое полемическое название, и ни в коем случае не надо воспринимать его буквально. Главная идея, заключенная в названии работы, тот стержень, вокруг которого я пытался ее построить, - признание давней и сложной взаимосвязи и взаимовлияния закона и преступности, двойственности правового обычая. Не следует забывать, что в разных исторических условиях насилие может носить не только негативный, антисоциальный характер, но и позитивный, правоохранительный. Мне было интересно сравнить представления о Кавказе в царской России и в наши дни, выяснить, почему сложился известный нам нелепый образ дикого и необузданного Кавказа.

- В предисловии к книге Вы говорите, что хотите развенчать миф о Северном Кавказе как о царстве благородных разбойников. Насколько Вам это удалось?

- Такой образ Кавказа стал складываться в русской образованной среде примерно в 20-40-е годы XIX века. Родоначальником целого кавказского направления в литературе явился известный литератор Бестужев-Марлинский. Он написал повесть "Аммалат-бек", где главным героем был как раз благородный разбойник. Со временем таких героев в литературе появилось множество. Это стало своего рода штампом, через который стали воспринимать Кавказ те, кто там никогда не был. В своей книге я хотел показать, как эти образы, сформировавшиеся в позапрошлом веке, до сих пор продолжают влиять на общественное сознание. Насколько это удалось - судить не мне. По крайней мере, я честно пытался разобраться в причинах возникновения стереотипов. В свое время ученый палестинского происхождения Эдвард Саид сформулировал теорию ориентализма. По мнению Саида, в эпоху колониальных завоеваний кроме прочего произошло еще и интеллектуальное завоевание Востока колониальными державами Европы: был создан негативный образ мусульман, поскольку это тогда было выгодно колонизаторам, чтобы оправдать в глазах общественности завоевание восточных стран. В итоге многие люди до сих пор уверены в том, что Запад и Восток изначально антагонистичны и потому обречены вечно противостоять друг другу. Нелепое заблуждение, оказывающее порой влияние на принятие важных политических решений! Такие же примеры можно найти в истории Российской империи. Например, такой хрестоматийный образ, как абречество. Кто такие абреки? Долгое время среди наших ученых господствовало мнение, что это местные деклассированные элементы, занимавшиеся разбоем. Но, на мой взгляд, абречество - это прежде всего реакция горских народов на колониальное завоевание. А кто такие горцы? Между тем, сами "кавказские горцы" в большинстве своем давно уже не горцы, а потомки людей, которые когда-то жили в горах. На равнине и в предгорьях живет 2/3 выходцев из Нагорного Дагестана, а также подавляющее большинство чеченцев и ингушей, правда все еще называющих себя горцами.

- Так называемые ваххабиты - это тоже искусственный образ?

- Совершенно верно. Это болезненное явление, проявившееся как раз более всего на северо-востоке Кавказа. Формально на современном Кавказе обозначились два противостоящих явления - так называемые "традиционный" и "нетрадиционный" ислам. Но справедливо ли такое деление? На самом деле те, кто считает себя последователями традиционного для России ислама (так называемые тарикатисты или суфисты) так же нетрадиционны, как и их противники ваххабиты. В советское время произошла эрозия мусульманской культуры. После распада Советского Союза все заговорили об исламском возрождении, но дальше разговоров дело не пошло. У нас ведь распался не только Советский Союз - вместе с ним распалось и многое другое. Те же духовные управления мусульман. Их дробление шло примерно до 1994 года, а потом наметились обратные тенденции - к объединению. Но многие противоречия остались. Возвращаясь же к ваххабитам, хочу сказать, что свои ваххабиты (можно сказать, радикалы) есть внутри каждого течения, даже среди суфистов. Кроме того, сами же ваххабиты не представляют собой единый монолит. Сред них есть как умеренно, так и радикально настроенные деятели. Например, Ахмад-кади Ахтаев, умерший в 1998 году, был ваххабитом, но он стремился к компромиссу с другими течениями в исламе. А Багаутдин Магомедов из села Ведено придерживался более радикальных взглядов.

- То есть бороться нужно далеко не со всеми ваххабитами, а только с радикально настроенными?

- Бороться?.. Помните легенду о том, как перевелись богатыри на Руси? Три знаменитых и могучих богатыря наткнулись на большой дороге на еле живого старичка-оборотня. Рубанул его Алеша Попович и развалили до пояса. И стало двое старичков. Рубанул второй раз - и стало четыре старичка, потом дважды четыре, четырежды четыре. Сколько богатыри ни рубили старичков - уничтожить не смогли. А число врагов все росло. Наконец, сомкнулась несметная рать оборотней. Гаркнула и двинулась на богатырей. И загнала их в Черное море. А там богатыри в скалы превратились. Боюсь, та же участь сегодня грозит и гонителям северокавказских ваххабитов.

- Есть еще и другая легенда, когда богатырь, убивший дракона, сам превратился в дракона.

- Такое нередко бывает с очень активными борцами с экстремизмом. В 1999 году в Дагестане не без участия некоторых суфийских шейхов был принят антигуманный закон "О запрете ваххабизма и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан". Этот закон противоречит элементарным правам человека. По нему любого человека, искренне соблюдающего мусульманские обряды, могут записать в ваххабиты и применить к нему жесткие санкции. Так что не стоит обвинять в радикализме одних лишь ваххабитов. И с той и с другой стороны есть радикально настроенные люди, и проблема для этих течений российского ислама заключается не в том, как бороться друг с другом, а как каждой из сторон нейтрализовать собственных радикалов.

Вот, например, Саид Афанди Чиркеевский - довольно агрессивно настроенный представитель лагеря суфистов. Его часто обвиняют в том, что он невежественен. Насколько такие замечания справедливы? Как известно, не существует ортодоксального и еретического ислама, точно так же нет ортодоксального и еретического суфизма. Существует, условно говоря, книжный и народный суфизм. Вот Саид Афанди как раз и является представителем народного суфизма. Суфизм отражает реальную жизнь, и в ответ на обвинение в невежестве того или иного деятеля хочется привести слегка перефразированную народную мудрость: каков приход, таков и поп. Сейчас народ настолько необразован, что мало кто будет в наши дни следовать книжному суфизму. Поэтому у таких людей, как Саид Афанди, много последователей. Но есть и другие шейхи, которые вполне миролюбивы, не вмешиваются в политику. Например, Мухаммед-Мухтар Бабатов. Я с ним встречался. Очень взвешенный человек. Или Махмуд Алмалинский, или Сайфуллах-кади, живший в XIX столетии. Он считал, что не нужно сопротивляться русским завоевателям, потому что силы мусульман и русских неравны, и это приведет к гибели значительного числа мусульман. Мы сейчас на пепелище прежней исламской культуры в России. Надо строить исламскую культуру в России заново, а не выяснять отношения и навешивать ярлыки, от которых потом сложно избавиться - требуются целые столетия.

- Владимир Олегович, после Ваших слов я начинаю сомневаться, насколько все мои представления о Кавказе верны. Взять то же обычное, или `адатное право. Что представляют собой `адаты народов Кавказа и как они соотносятся с мусульманским правом?

- На протяжении истории на Кавказе менялось соотношение мусульманского и обычного права. Люди долгое время шли к исламском образу жизни: исламизация некоторых регионов северо-восточного Кавказа завершилась лишь к XVIII веку. Более того, еще в государстве Шамиля в середине XIX века приходилось проводить серьезные реформы, чтобы усилить роль мусульманского права. Но сфера применения норм шариата всегда была в этом регионе довольно узкой. Под регулирование шариата подпадало так называемое право личного статуса (брачно-семейные отношения). Остальные же виды общественных отношений регулировались `адатом: уголовное, поземельное право и др. Важно также помнить, что мусульманское право в теории и мусульманское право на практике иногда могут существенно отличаться друг от друга. В то же время, `адат немыслим как умозрительное право - это чистого вида практика. Честно говоря, очень сложно провести четкую границу между `адатом и шариатом. Согласно концепции правового плюрализма, любое право множественно по своей природе. Особенно данная концепция применима к Северному Кавказу.

- В чем заключалась политика российских властей по отношению к `адату и шариату?

- Она менялась в зависимости от интересов государства. После завоевания Кавказа проводилась политика, направленная на усиление `адата и на ослабление шариата. Но имперским властям не удалось ограничить действие мусульманского права. Судьи продолжали применять и мусульманское, и обычное право, и, конечно же, российское имперское, но в меньшей степени. То есть, можно сказать, что после покорения Кавказа мусульманское право продолжало действовать на Северном Кавказе, пусть и в несколько урезанном виде. В советское же время стала проводиться другая политика. Стали признавать мусульманское право, а `адаты подверглись гонению. Объясняется это просто. Мусульманское право рассматривалось большевиками как народное право угнетенных горцев, которые боролись с царскими властями, а `адат - как право, навязанное горцам царизмом. Были разрешены шариатские суды, которые, однако, продолжали применять не только мусульманское, но и обычное право. Это лишний раз свидетельствует в пользу неразрывной связи `адата и шариата на Кавказе.

- Удивительно, что на фоне антирелигиозной борьбы, развернувшейся в стране, советское правительство признавало шариат.

- В то время это было выгодно властям. Кроме того, существует различие между тем, что происходило в центральной России и на ее восточных окраинах. Большевики проводили на окраинах более осторожную политику. Советская власть там еще долго не могла окрепнуть. Но в конце 20-х годов стали закручивать гайки, и деятельность шариатских судов была свернута. В Уголовный кодекс РСФСР 1928 года была включена глава о преступлениях, представляющих пережитки родового строя. Все это было запрещено и объявлено уголовными преступлениями. Сюда вошли как действия, совершаемые на основе шариата, так и `адата. Например, калым и умыкание невест - это обычное право, а деятельность муллы по решению правовых споров - это шариат. Все указанные действия стали считаться преступлениями. Однако в 50-60-е годы прошлого века власти пришли к выводу, что не все `адаты одинаково вредны. Была сформулирована концепция, в соответствии с которой существуют `адаты вредные и `адаты полезные для советского общества. Последние руководство и решило поддерживать в интересах укрепления авторитета советской власти.

- А какую роль играет шариат в жизни народов Северного Кавказа в современной России?

- В свое время мой коллега Дмитрий Макаров исследовал практику применения некоторых норм шариата в условиях отдельно взятого населенного пункта - Кироваула. С внедрением шариата и созданием шариатского суда там действительно стало легче жить. Шариатскому суду удалось обуздать хулиганов, эффективно решать различные мелкие споры. А вот когда речь шла о тяжких преступлениях, то здесь шариатский суд оказывался бессилен. Но, на мой взгляд, это не проблема мусульманского права. Это проблема тех людей, которые не смогли его адекватно применить в соответствующих условиях. Ведь для того, чтобы внедрять шариат, мало одного лишь желания определенной группы лиц - нужны кадры, которые смогли бы достойно воплотить эту идею в жизнь. В середине 90-х годов прошлого века группа чеченцев обратилась к одному из авторитетных муфтиев Средней Азии с просьбой вынести фетву о том, что в Чечне необходимы шариатские суды. Но муфтий отказался дать такую фетву и отнюдь не потому, что он был противником введения шариатского судопроизводства, а потому что, по его мнению, на тот момент в Чечне отсутствовали соответствующим образом подготовленные люди, которые смогли бы достойно реализовать эту идею. Иногда доходило до смешного. Например, знаменитый уголовный кодекс Чечни 1996 года, о котором многие слышали, но который мало кто читал, был практически полностью списан с Уголовного Кодекса Судана, принятого за несколько лет до этого в соответствии с маликитским мазхабом (правовой школой), - в то время как в Чечне преобладает шафиитский мазхаб. Сторонники введения данного закона в Чечне так торопились, что забыли заменить в некачественно выполненном подстрочном переводе указанного кодекса Судана многие местные реалии. Например, там остались штрафы в суданских фунтах. Плата за кровь должна была взиматься верблюдами. А где вы найдете в Чечне, например, сто верблюдов за убийство дееспособного свободного мужчины, как того требует закон?

Надо четко различать искреннее намерение жить и быть судимым по шариату и ситуацию, когда шариат выступает лишь одним из козырей в политической борьбе. Сейчас на Кавказе писаное государственное право часто теряет юридическую силу, а его роль переходит к неписанным местным обычаям. Нередко эти обычаи, сложившиеся тут уже при советской власти, принимают за возродившиеся дореволюционные `адатные традиции. Я категорически против такой интерпретации. Я думаю, что под влиянием дореволюционных и советских реформ, продолжавшихся в общей сложности почти полтораста лет, облик и язык `адата по всему Северному Кавказа неузнаваемо изменились. Его нормы сложно переплелись с нормами мусульманского права и права российского. Сегодня один и тот же человек может быть главой сельской администрации, медиаторской комиссии по `адату и шариатского суда. Пореформенный `адат превратился в современный язык права, связанный с местной властью. К такому выводу меня подвели собранные материалы, а также их обсуждение с моими коллегами.

- Какие институты мусульманского права могут быть заимствованы в современной России?

- Прежде всего то, что принято относить к функциям нотариуса (оформление завещаний, регистрация брака и т.п.). Очевидный интерес представляет развитие такого института благотворительности, как вакфы.

- А уголовное право?

- Вот еще один стереотип! Те, кто ратует за введение наказаний по шариату, не знают или не помнят, что мусульманское уголовное право во многих регионах Кавказа никогда не применялось! Например, за такое преступление как квалифицированная кража в мусульманском праве полагается отсечение руки, а в обычном праве, действовавшем среди местных сообществ Дагестана, применялся штраф. Или, например, за такое преступление как скотоложество с виновного, если он был совершеннолетним, хозяин скотины брал в возмещение морального ущерба барана, а в других селениях - пару поршней для ружья. В мусульманском же праве за аналогичное преступление наказание куда строже. Поэтому тем, кто пытается ввести шариат на территории того или иного региона, не мешало бы ознакомиться с историей и изучить, какие сферы общественных отношений регулировал шариат, а какие - обычное право. Кстати, когда в первые годы советской власти решили обратиться к шариату в противовес `адатам, далеко не все `адаты слепо заменялись шариатскими норами. Так, обнаружив, что вопросы уголовного права рассматривались до революции большей частью по `адатам, на них не стали распространять юрисдикцию шариата. Но применение более мягких на первый взгляд наказаний за уголовные преступления на Кавказе отнюдь не означает, что горцы были более гуманны, чем мусульмане Ближнего Востока. Вспомним, какие жестокие методы борьбы с преступниками применялись в имамате Шамиля.

- Но ведь Шамиль-то как раз стремился ограничить применение `адатов и привить горцам шариат.

- Это не совсем так. Шамиль скорее изменял, чем отменял местные нормы `адата. Кроме того, сами нормы шариата были адаптированы Шамилем к местным условиям. Например, вместо отрубания кисти правой руки у воров к ним применялось трехмесячное тюремное заключение в яме. Важно также отметить, что вопреки укоренившемуся мнению реформы Шамиля не прерывались после его поражения в войне с Россией. Российские власти нередко продолжали его преобразования, порой проводя их руками шамилевских наибов, перешедших на российскую службу. Кажется, современные российские власти тоже приняли на вооружение этот опыт...

`Адат - у мусульман Кавказа, как и в других регионах исламского мира, комплекс традиционно сложившихся местных юридических и бытовых институтов и норм, не отраженных в шариате. Термин употребляется в трех основных значениях: обычное (`адатное) право, суд по обычному праву, неправовой обычай. `Адат является исключительно локальным правом и за пределами общества, где он принят, теряет силу.

Маликитский мазхаб - одна из четырех суннитских богословско-правовых школ в современном исламе. Основатель - выдающийся мусульманский правовед Малик б. Анас (713-795).

Шафиитский мазхаб - одна из четырех суннитских богословско-правовых школ в современном исламе. Основатель - выдающийся мусульманский правовед Мухаммад б. Идрис аш-Шафи`и (767-820).

Фатва (фетва) - богословско-правовое заключение высшего религиозного авторитета, имеющее целью разъяснение различных возникающих в повседневной жизни вопросов с точки зрения шариата.

Вакф - имущество, отчуждаемое в благотворительных целях. После передачи определенного имущества в вакф (или, по мнению других мусульманских правоведов, после объявления решения об этом) оно перестает быть собственностью учредителя вакфа, не становясь, вместе с тем, собственностью того, кто получает вакф и управляет им в интересах обозначенных учредителем вакфа выгодоприобретателей. Имущество, переданное в вакф, запрещено использовать не по назначению, установленному учредителем вакфа.

Ваххабиты - название, употребляемое в адрес последователей Мухаммада ибн `Абд ал-Ваххаба (1703 или 1704 - 1787) их противниками. Сторонники этого религиозно-политического течения в суннитском исламе отвергают недозволенные, с их точки зрения, нововведения (бида`): культ святых, паломничества к святым местам, суеверия, и т.п.

Медиаторская комиссия на Кавказе - третейский суд, создаваемый для урегулирования спорного дела по обычному праву.

вернуться
(C) Ренат Беккин, 2004 - 2013